Господи

Господи, старый, туманный, седой, уставший Знаешь ли, мне ведь совсем ничего не нужно Мирно молчат на полках мои оружья Я в них и не вознёсшийся, и не падший Я повидал такого, что нет вопросов Ни к бытию, ни к сущности, ни к воззванью Большее, чем пожелает такой философ Жить на планете этой и быть в сознанье Лишь бы без вести в дом не прослыть пропавшим Лишь бы не спать, следить, оставлять насечки Сам себе вторю сухостью губ уставших И провожаю гладь в мелководье речки Без холостой мечты по далёким негам И без всего, что липнет в гордыню, в глупость Я провожаю соль по отлогим векам В щёки свои худые, как в даль, как в юность Веки мои от мамы, и значит, Азии Есть в них и срез, и блик, не по-русски сложенный А как известно, кровью на кровь помноженный Создан оставить миру свои фантазии И повинуясь старым басманным сказкам В святость взводя легенды эпох минувших Хлопают друг по другу в ресницах глазки Сколько отмерено хлопать им, не уснувши Калейдоскоп чарует цветами-сколами Дом мой чарует краткостью и тоской Дай же мне, светлый, солнца лучами вскованный Господи, день, когда взлягу я под доской