Есть

Есть корабль, который увез мою любимую вдаль Есть в небе полдюжины длинных колбас, которые ночью личинками будут казаться Есть чужая подводная лодка с ее неприязнью к любимой моей Есть вокруг меня множество маленьких елок, сломанных взрывами бомб и снарядов Есть солдат-пехотинец, ослепленный удушливым газом Есть обращенные в прах траншеи Кёльна, Ницше и Гёте Есть мое ожиданье письма, что запаздывает и заставляет меня волноваться Есть в бумажнике несколько снимков любимой моей Есть бредущие мимо военнопленные с мрачными лицами Есть вблизи батарея, прислуга которой хлопочет возле орудий Есть почтарь войсковой, что рысцою бежит по дороге Есть, по слухам, шпион, что в местах этих рыщет, невидимый, как горизонт, с которым он слился Есть высокий, похожий на лилию, бюст любимой моей Есть один капитан, который ждет с беспокойством, какие вести с Атлантики радиотелеграф принесет Есть во мраке ночном солдаты, которые доски пилят и сколачивать будут гробы Есть в Мехико женщины, которые с воплями молят маис у Христа, обагренного кровью Есть Гольфстрим, такой благодатный и теплый Есть в пяти километрах отсюда кладбище Что до отказа набито крестами Есть повсюду кресты - и вблизи и вдали Есть плоды, что растут на кактусах диких в Алжире Есть длинные, гибкие руки любимой моей; Есть чернильница, которую я сделал из гильзы и которую не разрешили отсюда отправить Есть мое седло, что мокнуть должно под дождями Есть реки, которые вспять не текут Есть любовь, которая нежно меня призывает Был пленный бош, который нес пулемет на спине Есть на свете мужчины, которые никогда на войне не бывали Есть индусы, которые с удивлением смотрят на деревни Европы И думают с грустью о тех, кого, быть может, им не придется снова увидеть Потому что искусство невидимости продвинулось сильно вперед во время последней войны