Энтропия

Эта бытовуха рождена на кухне и имеет свойство в парниках сеять монетный рассудок Заплесневелые тела от чернухи ваша теория на практике перетекла в застолье Городские пижоны в четырех стенах от жизни стонут Души прокаженных не спасет водка и икона Настанет ночь и небо молча завербует всех планктонов Но а пока не еще не стало поздно время отстраивать катакомбы Только вряд ли будет польза, как и от пятой колонны Лучше в этих потемках будем погружаться в кому Забуду и ты забудь, что есть свобода Брошенная рыба в омут станет рабом добровольно системе Нажива-это замкнутые цели, живи и действуй Проживай ради действия, а я свою перспективу оставил в постели и тлея Буду снам верить, а то эта вся ваша реальность для меня лишь сплошная энтропия Время шлифанет Время шлифанет шевелюру я пересяду в велюровый салон И вспомню, как во мне умер ебучий люмпен С прейскурантом лютый к овощам, как Скуратов Малюта Соратником салюты шлю из задраеных люков Привычны клубы и шабаш, синтез Кубы и Шамбалы Виман стартует к снежным шапкам странной Новой Швабии Чертог Хеймдалля и Асгард где-то тут в одном шаге И суть этих песен не похитить схоластиков шайке Не надо кипиша, решайте, как драть свою шакти Можно сдохнуть или жрать урча консервы из кошатины Можно торчать, тяжко дыша, или в шахте нашарить дверь в миры Где солнце не звезда, да и земля не шарик Ты не рил слим шэди, ты лишь глюк полусгнившего бога Полунищий ворлок, что сребет когтем по днищу гроба Войлоком набили вам утробу ,в теле черные тромбы Твои вены как тоннель метро, как секретные тропы Троп чует нутро подъебку этих картонных небес Глаз из пирамиды слал нам блеск, что так пугает плебс Армию послушных обезьянок тянут тысячи леск Оргии жрецов и каннибалов, карликов и лесб Оборонюсь тайной доктриной от лап энтропии Черви вторят биту, извиваясь в черепах пропитых Был один что всех хотел спасти, но его руки прибиты И больше некому приматов тех перевоспитывать А мы уйдем тайной тропинкой от лап энтропии Черви вторят биту, извиваясь в головах пропитых Был один что всех хотел спасти, но его руки прибиты И больше некому приматов тех перевоспитывать