Страдания Леонарда Манрика

Раз однажды на привале поздно вечером вчера Генерал талигский Манрик расстрадался у костра. Он глядел в ночные дали, был задумчив как никто, Весь в тоске и весь в печали размышлял на тему, что: Весь в тоске и весь в печали размышлял на тему, что: Мир жесток, мир жесток и немилосерден к рыжим, рыжим быть – это ж просто беда! Рыжим быть – не порок, но судьбою ты обижен навсегда, навсегда, навсегда! Как обидно это слышать – расстрелял бы подлецов! Обзывают в спину – "рыжий" – ну, а кое-кто - в лицо… Но с чего все это взяли – может, глаз у них косой? Я ж почти что как Ринальди – вовсе даже золотой! Я ж почти что как Ринальди – вовсе даже золотой! Мир жесток, мир жесток и немилосерден к рыжим, рыжим быть – это ж просто беда! Рыжим быть – не порок, но судьбою ты обижен навсегда, навсегда, навсегда! Что бы я ни делал, право, в войске мне не жизнь, но ад: Первый Маршал Рокэ Алва – свет в окошке для солдат! Хоть кормил их до отвала, не гонял сражаться в дождь – Но солдаты любят Алву – а меня не любят все ж! Но солдаты любят Алву – а меня не любят все ж! Мир жесток, мир жесток и немилосерден к рыжим, рыжим быть – это ж просто беда! Рыжим быть – не порок, но судьбою ты обижен навсегда, навсегда, навсегда! Было дело – вот, влюбился, и решил учиться петь, Даже нанял кэналлийца, чтобы в пении преуспеть! После часа истязаний кэналлиец впал в тоску И грозил швырнуть гитарой в чью-то рыжую башку! И грозил швырнуть гитарой в чью-то рыжую башку! Мир жесток, мир жесток и немилосерден к рыжим, рыжим быть – это ж просто беда! Рыжим быть – не порок, но судьбою ты обижен навсегда, навсегда, навсегда! Поделом, поделом - не родись в Талиге рыжим: Рыжим быть – это ж просто беда! Если не повезло - Будешь всеми ты обижен перманентно, везде и всегда! Перманентно, везде и всегда! Перманентно, везде и всегда!