Иван

В зелёном парке пацаны Подрались сукины сыны Их драку постовой хотел пресечь Спросил, кто первый в бой полез? И вдруг, как гром среди небес В воскресный полдень Молотова речь Сказал, сегодня в ранний час Бомбили немцы Каунас А так же Киев, Севастополь, Минск и Брест! К нам уже лез Наполеон Но получил по морде он И был с позором выгнан прочь из наших мест Ну что-вот так вот, пацаны Без объявления войны Зачем то в слух сказал серьёзно постовой И тихо кто то из ребят Спросил, а что военкомат Открыт сегодня, или тоже выходной? Куда тебе, ты слишком мал Сержант сказал, как простонал Беги домой, там мать волнуется и ждёт А вы чего раскрыли рты Как жрать просящие коты Бегите все, а то вам тоже попадёт! Он Ванька, по отцу Смирнов Был предводитель пацанов Бежал и представлял, что он уже боец Дух перевёл, вошёл в свой дом А там склонившись над столом Рыдет мама и над ней стоит отец Вдруг подскочив к его плащу Мать закричала, не пущу! Зачем то скомкав плащ руками теребя! Ведь ты для службы староват Какой уж из тебя солдат Да и вообще, там разберутся без тебя! Отец присел, потом привстал И сразу как то строже стал Прикрыл глаза, как после долгого питья И вдруг сказал, послушай мать Пойми, я должен воевать! А кто ещё, скажи мне мать, если не я?! В саду боярышник отцвёл Но батя всё-таки ушёл И воевал как надо не согнув колен! Но как то раз под Калачом Не понимая что почём Был долгий бой, потом ранение и плен! Но был он жив на зло смертям На зло судьбе и лагерям Где смерть с лихвою собирала свою мзду! Но он терпел и не стонал Такое в жизни испытал Уж коль привидится, ну разве что в аду! Война назад ушла и вот Сорок четвёртый встретил год Смирнова Ваньку, в виде нового бойца Теперь он, молодой солдат Сжимая крепко автомат Пришёл с боями рассчитаться за отца! Напрасно писем его ждал Лишь знал, что без вести пропал И в списках павших он не значится пока Что полк не пятился назад И смертью храбрых пал комбат И не осталось даже взвода от полка! Ну а Иван всё шёл вперёд И с ним пока живой весь взвод Но вот однажды зимним утром на заре Уже не прячась, в полный рост Отбросив немцев на сто вёрст Вошёл в Освенцим, в сорок пятом в январе Увидев их, застыл солдат Они вдоль проволки стоят Живые тени с незнакомым блеском глаз Достал буханку, разломил Отдал, вздохнул и закурил И затянулся крепко, как в последний раз! А тени жадно ели хлеб И был не ловок, и не леп Голодный взгляд их из бездонной пустоты Вдруг пробежал по телу ток Дай дёрнуть пару раз сынок! Что, не узнал Ванюшка? Батя, это ты? И не поверив до конца Не ловко обнял он отца И прошептал, что они сделали с тобой? Как долго я тебя искал Но почему-то твёрдо знал Что разыщу, что обниму, что ты живой! Возможно, скажите вы но Такое только лишь в кино Могло случиться, это сказочный обман! Нет, ни кино, и не обман! Мне это рассказал Иван Герой войны, седой пехотный капитан! Нет, ни кино, и не обман! Да это он Смирнов Иван Тот самый Ванька, фронтовик и ветеран!